«Максим Максимыч» — вторая глава романа Михаила Лермонтова «Герой нашего времени», написанного в 1840 году. Это хронологическое продолжение истории Бэлы: рассказчик-путешественник снова встречается с добродушным штабс-капитаном Максимом Максимычем, и судьба сводит обоих с Печориным — тем самым загадочным офицером, о котором старик рассказывал в дороге. Короткая встреча двух бывших сослуживцев обнажает пропасть между живой, открытой душой старого капитана и холодным равнодушием «лишнего человека».
Место действия
Глава разворачивается в середине 1830-х годов во Владикавказе, на постоялом дворе, где рассказчик и Максим Максимыч ждут оказии — вооружённого конвоя для продолжения пути.
Персонажи
Главные герои
- Максим Максимыч — пожилой штабс-капитан лет пятидесяти, служащий на Кавказе. Добросердечный, открытый, верный, по-детски ранимый человек. Считает Печорина своим близким другом и искренне к нему привязан.
- Григорий Александрович Печорин — офицер около тридцати лет. Стройный, белокурый, с тёмными бровями и усами, с изящными небольшими руками. Его глаза не смеялись, когда смеялось лицо, — взгляд был тяжёлым и холодным. Равнодушный, замкнутый, циничный.
Второстепенные персонажи
- Рассказчик — офицер, путешествующий по Кавказу. Наблюдательный, образованный и любознательный; его имя в главе не названо. Он тот самый человек, который позже опубликует журнал Печорина.
Краткое содержание по главам
Глава не делится на пронумерованные части; ниже приводится деление на смысловые эпизоды.
Остановка во Владикавказе
Рассказчик завершил переход через горы и остановился на постоялом дворе во Владикавказе в ожидании оказии. Именно здесь его давний попутчик Максим Максимыч, с которым они познакомились ещё в дороге и сдружились, прежде рассказал ему историю про Бэлу и Печорина. Теперь оба снова встретились в той же гостинице и весело провели время за обедом и долгой беседой.
Появление Печорина. Напрасное ожидание
К вечеру во двор въехал нарядный экипаж. Из расспросов выяснилось: это коляска Григория Печорина — он ужинает у полковника. Максим Максимыч вспыхнул от радости: наконец-то свидятся с другом! Он дал слуге монету и велел передать хозяину, что старый знакомый ждёт его. Был совершенно уверен: Печорин немедленно примчится. Рассказчик тоже ждал встречи с любопытством — слишком незаурядным человеком рисовался ему этот офицер по прежним рассказам.
Но Печорин так и не появился. Максим Максимыч не спал всю ночь у ворот, поглядывая в сторону дома полковника. Утром, так и не дождавшись, он ушёл по делам к коменданту, попросив рассказчика дать знать, если Печорин соберётся уезжать.
Портрет Печорина
Вскоре у гостиницы появился Печорин и велел закладывать лошадей. Рассказчик получил возможность внимательно его разглядеть и поразился противоречивости его облика. С первого взгляда Печорину давали от силы двадцать три года, но, приглядевшись, можно было заметить, что ему уже за тридцать. Он был строен, широкоплеч, с изящными белыми руками. Белокурые вьющиеся волосы странно сочетались с тёмными бровями и усами — «как чёрная грива у белой лошади»: признак породы. Походка была небрежной и ленивой, но руками при ходьбе он не размахивал — верный признак скрытности натуры. Самым примечательным оставались глаза: они никогда не смеялись — даже когда губы складывались в улыбку. Взгляд был холодным, тяжёлым, чуть дерзким и производил неприятное впечатление.
Холодная встреча
Рассказчик отправил слугу за Максимом Максимычем. Тот примчался бегом, задыхаясь, боясь не успеть. Когда показался Печорин, старик хотел броситься к нему с объятиями — но молодой офицер лишь холодно протянул руку с приветливой улыбкой, которая ничего не выражала. Печорин объяснил, что всё это время скучал, а теперь спешит в Персию. На напоминание о Бэле чуть побледнел и отвернулся.
Максим Максимыч принялся уговаривать его остаться хотя бы на обед — повспоминать старое, поговорить по-человечески. Печорин отказался вежливо, но твёрдо: «Всякому своя дорога». Попросил не держать на него зла. Старик вспомнил про бумаги — дневниковые тетради Печорина, которые тот оставил в крепости и которые штабс-капитан всё это время хранил. Но Печорину они оказались не нужны: пожал плечами, сделал рукой неопределённый жест — и сел в коляску. Она тронулась и скрылась за поворотом.
Обида Максима Максимыча. Рукописи
Старик долго стоял у ворот, глядя вслед уехавшей коляске. Он был подавлен и раздосадован, хотя изо всех сил старался казаться равнодушным. Максим Максимыч решил про себя: Печорин возгордился после столичной жизни и теперь ему не ровня. Рассказчик поинтересовался, как быть с бумагами. Старик с нескрываемой обидой принялся швырять тетради на землю — предложил хоть выбросить, хоть пустить на патроны. Рассказчик торопливо подобрал рукописи и унёс к себе, пока Максим Максимыч не передумал. В досаде старика было что-то детское — и этим он невольно вызывал жалость.
Прощание
Скоро объявили об отправлении оказии. Рассказчик стал собираться в путь. Максим Максимыч, у которого ещё оставались дела в городе, проводил его без прежней теплоты — суховато и немного рассеянно. Было горько наблюдать, как простодушный и открытый человек вдруг стал замкнутым и угрюмым. Рассказчик уехал один, увозя дневники Печорина.
Журнал Печорина. Смерть героя
Рассказчик прочитал рукописи и был захвачен ими. Вскоре пришло известие: возвращаясь из Персии, Печорин умер. Это обстоятельство сняло все сомнения — теперь публикация чужих записей стала возможной. Рассказчик решил издать лишь ту часть журнала, которая касается Кавказа: он видел в этой «истории души» нечто поучительное и важное для читателя.
Итог
«Максим Максимыч» — глава о том, как разрушается иллюзия дружбы. Простой, добросердечный офицер долгие годы хранит память о совместно пережитом и искренне считает Печорина близким другом. Печорин же не злобен, не груб — он хуже: он равнодушен. Его холодность не каприз и не усталость — это свойство натуры, которая не способна дорожить людьми. Лермонтов показывает трагедию с двух сторон: Максим Максимыч теряет веру в дружбу и закрывается, Печорин — уже давно закрыт и сам этого не замечает. Эта короткая встреча на постоялом дворе говорит о «лишнем человеке» больше, чем любая исповедь: истинный характер виден именно в мелочах — в протянутой вместо объятий руке, в зевке при имени погибшей Бэлы, в брошенных на землю тетрадях.
